Фото

«Копейка» на Пирсах: архангельская колония изнутри

После колонии люди никому не нужны

06 июня 2018, 11:30
В нашей жизни много разных миров, зарекаться от которых, как говорится, не принято. Тюрьма — место, которое по понятным причинам кардинально отличается от любого другого мира. Попасть в него не хочет никто. Ну, разве что люди, привыкшие там жить настолько, что уже не желают даже и глотка свободы. Кстати, сразу оговорюсь: ни одной тюрьмы в Архангельской области нет. Общепринятое понимание этого термина — всё что находится по ту сторону колючей проволоки — не верно. Что такое тюрьма, нам объяснят чуть ниже.

А сейчас мы отправляемся на «Копейку» — исправительную колонию строго режима №1 УФСИН России по Архангельской области.


Название «Копейка» используют как сами заключённые, так и работники колонии. Жители Архангельска, кому посчастливилось не сталкиваться с исправительной системой, знают её как «колонию на Пирсах». Сюда мы и отправились, чтобы узнать, как живут порядка 800 человек, попавших за колючую проволоку по велению судьбы и решению суда.


У входа нас встречает корабль, созданный руками заключённых.


Проходим контроль, сдаём паспорта, запрещённые предметы: например, мобильные телефоны. И попадаем на досмотр. Его проходят как вновь прибывшие, так и родственники, приехавшие на длительное свидание.


Кстати, вес передачки может составлять до 20 килограммов. А если вы приехали на длительное свидание, можно привести столько продуктов, сколько хватит сил донести.


По пути наблюдаем, как заключённые отправляются на работу в промзону. Туда мы заглянем позже.


На этой башне камера видеонаблюдения, откуда видна вся колония.






Прибывшие заключённые не отправляются сразу по отрядам. Им предстоит прожить до 15 суток в карантине. Здесь их наблюдает врач, но это, как выяснилось, не самое главное. Карантин нужен ещё и для адаптации. Это некий буфер между прошлой свободной жизню и укладом колонии, в котором осуждённому предстоит прожить либо несколько месяцев, либо долгие годы. С людьми общаются соцработники, руководство отрядов и т.д.


Примечательно, что подобной адаптацией, но уже при выходе на свободу, фактически никто не занимается.


Около десяти лет назад в Архангельске хотели, было, сделать некий центр для адаптации, и даже было подобрано внушительное помещение, но денег на проект найти не смогли. Получается, что пока человек сидит на зоне, все интересуются, как он питается, болеет или нет, какое к нему отношение со стороны сотрудников ФСИН и т.д., но как только человек оказался на свободе, он уже никому не нужен и неинтересен. При этом в Архангельской области есть закон о содействии лицам, освобождающимся из мест лишения свободы, но закон не финансируется. Раньше такими людьми занимались общественные организации, но практически все они попали под действие закона об иностранных агентах и прекратили работу.


В колонии есть школа и училище. Если гражданин попадает сюда без высшего или специального образования, учёба обязательна. Выйти на свободу придётся с профессией на выбор: пекарь, повар, сварщик, истопник, оператор котельных установок и другие.


Работа в колонии — это обязанность по закону. Если работать не хочешь, отправляешься в отряд строго содержания или ШИЗО, будет меньше свиданий и мечтать об условно-досрочном освобождении уже не придётся. Условия проживания, соответственно, тоже более строгие, чем в отряде облегчённого режима.


Экран санитарного состояния спальных мест осуждённых. Оценки проставляют за заправленные койки. Действует пятибалльная шкала, «тройки» отсутствуют.


Любопытная инструкция заправки спальных мест.

   




Так выглядит жилое помещение.


На стенах несколько картин.


Вид из окна.


Распорядок дня.


Много внимания уделяется спорту. Несколько тренажёрных уголков. Есть футбольное поле.


А потом всё остальное…


Ещё один забавный плакат.


Местные коты так же суровы, как и вся окружающая обстановка.


Вот здесь отряд с облегчённым режимом. Заключённые могут свободно гулять.


А здесь режим другой: прогулки ограничены в маленьком дворике, над головой всегда решётка.




А вот два возможных пути из карантина. Здесь мне объясняют, что тюрьма — это вид режима, когда осуждённые сидят исключительно в камерах. В Архангельской области тюрем нет вообще.


Если бы мне не сказали, не догадался бы: эти кубы — клумбы, скоро в них прорастут цветы.


В местную церковь, которую построили в 2004 году, раз в месяц приезжает батюшка.


Действует воскресная школа, где заключённые учатся заочно.


А вот эту икону рисовали в колонии.


В церкви есть староста.


Есть в «Копейке» и магазин. Снимать внутри запретили продавщицы. Магазин не относится к системе ФСИН, работают на аутсорсинге. Выбор продуктов не то чтобы богат, но в принципе есть всё необходимое: консервы, фрукты, овощи, печенье и многое другое.


В колонии, конечно же, пекут хлеб, в том числе и на продажу. Недавно открылся цех по производству маргарина.


Раритетные весы.


Колония большая, на руках хлеб не разнесёшь.


На кухне чисто. Пахнет супом. Варится мясо. Мне дают попробовать суп. Честно скажу, сам готовлю вкуснее. Но вполне съедобно — в стиле недорогой столовой.


Давайте посмотрим меню. Питание разное. Многим нужно соблюдать различные диеты.


Три доски: для мяса, рыбы и фруктов/овощей.


В штрафном изоляторе всё время играет радио. Так положено.


В камере довольно мрачная обстановка.


Сомневаюсь, что есть любители отбывать здесь наказание.


А вот, собственно, центр колонии, откуда ведётся наблюдение за всеми объектами учреждения. Центральный экран — камера с той самой башни.


Река Левковка. «Копейка» — единственная колония в регионе, по территории которой протекает река.


В подсобном хозяйстве всякая живность: куры, перепела, свиньи, гуси, утки. Есть теплицы, грядки. В каждой колонии стремятся к самообеспечению.


Сейчас здесь содержатся 500 перепелов.


Курицы дают около 800 яиц в сутки, полностью обеспечивая учреждение.


Пилят доски, производят вагонку довольно высокого сорта.


Оговорюсь, что показать всё, что есть в колонии, у меня не получилось. На самом деле здесь есть совершенно всё и, в случае чего, колония может жить практически автономно. Пожалуй, здесь не производят только топливо и не выращивают хлеб.



Александр Кулешов, фото автора

Перейти к комментариям