Общество

На бояр поморы никогда не работали

Личные вопросы по общественным делам

21 февраля 2017, 10:16
Сразу скажу: я не помор. Как, впрочем, и почти все жители Архангельской области. Всего 1 166 178 человек, по данным Росстата, живут в нашей губернии, а поморов из них чуть больше трех тысяч. Тех, кто помором записался. Но разговоры о поморском характере, об их этнических особенностях периодически возникают то там, то сям. С разной подоплекой и различной событийной привязкой.

На этот раз, кажется, поморская карта разыгрывается в прямой видимости Международного Арктического форума «Арктика-территория диалога» и, соответственно, предполагаемого визита президента.

Доколе ждать включения

Инфоповод, появившийся в СМИ в начале месяца текущего, открытое письмо Владимиру Путину, премьер-министру Дмитрию Медведеву, главному по развитию Арктики Дмитрию Рогозину и губернатору Архангельской области Игорю Орлову от Национально-культурной автономии поморов, так уж вышло, практически совпал с моей поездкой в Патракеевку, старинное побережное село, родину капитанов, родовое гнездо моей жены. Визит получился скоротечным, потому на глубокое знание предмета и описание красот не претендую. Но впечатлений поднабрался.

Справка:
По данным Всероссийской переписи 2002 года поморами назвали себя около 6,5 тысяч человек. Из них 6300 — проживали в Архангельской области. Сегодня число поморов составляет 3113 человек. В том числе в Архангельской области — 3015.


Итак, в письме том председатель автономии Павел Есипов вопрошает, когда российским поморам начнут оказывать социально-экономическую поддержку. Ждут поморы и телодвижений со стороны власти в плане их этнокультурного развития. А еще вышеозначенный председатель напоминает, что архангельская областная администрация образца 2004 года сделала представление о внесении поморов в Единый перечень коренных малых народов Севера, Сибири и Дальнего Востока. Мол, до сих пор потомки первопроходцев Арктики живут и ведут промысел в суровых условиях, и, таким образом, могут стать в один ряд с коряками, эвенками, ненцами, алеутами и эскимосами

Проскочили на прием

Патракеевка, как символ, попомористей многих. Их потомки здесь живут. Промыслы тоже ведут. Если можно так сказать. А условия ни мягче, ни суровее, чем у других. Разве что транспортная доступность, говоря чиновничьим языком, слабая. А по-русски - добираться до села тяжело. Летом – на барже. Зимой, вроде, полегче, зимник есть. Но при нынешних снежных погодах засесть можно запросто. В составе рабочей группы администрации Приморского района, на «нивке», с трудом, но проскочили. Только вечером накануне поездки дорогу трактор почистил, а утром ее уже снегом занесло. Но проехали. Уже под Патракеевкой видели машины рыбаков. Их снегопад не пугает. Рыбалка манит.

Первая остановка в Патракеевской школе. Чисто, мебель новая, оборудование современное. Тут в актовом зале глава района Валентина Рудкина собрала руководителей муниципальных образований на Совет. Главы обменялись опытом и отправились знакомиться с деревней. А Валентина Алексеевна заспешила в помещение местной администрации на прием по личным вопросам. Вот тут-то мне и довелось послушать о проблемах и заботах жителей знаменитого поморского села. И немного понять, что же такое «поморский характер». Встретиться с руководителем района пришли семь человек. То, что я услышал тут, совсем не вязалось с тем, что мне не раз приходилось слышать на аналогичных мероприятиях в городе. Обычно люди несут к начальству СВОИ проблемы – жилищные, материальные, семейные. За полтора часа приема ни одного ЛИЧНОГО вопроса так никто решить и не попытался. Вы думаете, их в Патракеевке нет? Поднимали общественные. И все касаются тех самых, суровых условий жизни.

Яйца за сотню

По причине ограниченной транспортной доступности летом в деревню все завозят баржой, а зимой грузовиками по зимнику. Через намороженную переправу. А там стоит знак, ограничивающий грузоподъемность десятью тоннами. А жителям нужно, чтобы стоял «20 тонн». Тогда можно на КаМАЗах привезти и стройматериалы, и уголь и прочее. Иначе не выгодно. В принципе, считают в деревне, переправа выдержит, но как только машины на нее сунутся, на свой страх и риск, возникнет из ниоткуда блюститель и оштрафует. А оно им зачем?

Никто не обошел «незлым тихим словом» работу местного ФАПа. Но он тут хоть есть. Претензии же носят, скорее, организационный характер. Срабатывает пресловутый человеческий фактор. При внимательном отношении к людям можно и направление не забыть выдать в районную поликлинику. И приехавших за тридевять земель патракеевцев принять в ЦРБ и без направления. И ребенка в среду осмотреть, раз приехали, а не отправлять на субботу. Вот решили, что так для жителей удобнее, а жители эти, сами своего блага не понимают, прутся, когда им вздумается. Так ведь и это фельдшер могла бы объяснить. Так же как и за наличием лекарств следить. Чтобы были те, которые людям, здесь живущим, не заказали. Не завезли.

«Места у нас божественные, а цены безбожные», - так образно начал коренной помор капитанского рода Петр Копытов обсуждение с главой ценовой политики местных предпринимателей. Вернее, не местных. Три магазина в селе держат приезжие. Возмущает это патракеевцев страшно. Мясо только по записи, помидоры — 240 рублей, яйца за сотню. Валентина Рудкина предложила им взять дело в свои руки, и торговлю открыть, и «обеспечивать народ курями», как Аркадий Райкин говаривал, и яйцом, кроликов разводить, скотину держать, помощь обещала. Но бурного энтузиазма у потомственных промысловиков ее обращение не вызвало.

Какой помор без рыбного промысла?

Жива, видно, память вековая, когда за свою добычу, за свое капитанское и рыбацкое мастерство выручали поморы достаточно, чтобы все необходимое покупать у заезжих купцов. Да и сами торговали прибыльно и широко. Не зря в деревне величественные храмы возвели, многим городским на зависть. Оттого и больной вопрос для поморов: не выдают им разрешений на рыбную ловлю. Приезжие городские ловят. Местных поймают – штраф. И тут же возмущаются – ведь в Архангельск везут, за государственный счет, чтобы протокол там составить и в суд передать. Ну, про транспортную доступность вы помните.

Беспокоит людей и то, как летом будет баржа ходить. Говорят, мол, предприниматель-перевозчик прикрывает свой бизнес. А еще заботит сбор мусора, нарекания вызывает связь, почтовое отделение пора ремонтировать, предложение внесли – устроить при ЦРБ пациент-отель, переживают за школу, у которой надо чинить крышу и утеплять спортзал. Спортплощадка деревне нужна. Наказали, чтобы вокруг парка ограду установили, а то уже повадились мимо мемориала в память об участниках войны ездить.

Говорили все с осознанием собственного достоинства, прямо, называя вещи своими именами, спокойно, рассудительно, без лишней болтовни. Без каких-либо признаков подобострастия, с легким юмором и снисходительной деликатностью к чиновнику. Видали, мол, мы вас разных. Вы приедете – уедете, а нам тут жить. Поможете, спасибо. А нет – так все одно проживем. Всяко бывало.

Лишь бы не мешали

А теперь вернемся к поморскому вопросу и включению поморов в перечень КМНСС И ДВ. Каких включать? Тех, что по побережью живут или всех, кто только себя таковыми числит и не знает, с какого боку к карбасу подходить? И поморы ли Сидоренко, Хабибуллины, Мамедовы, Локшины – в третьем-четвертом поколении разделяющие тяготы побережного жития с коренными поморами. Да и коренные ли они? И да, и нет. Топонимика говорит, что испокон веку жили тут угро-финские племена. Потом пришлые новгородцы с чудью мешались. А уж дальше - больше. Сам ярый помор Иван Мосеев признает, что, «...когда говорят «русские поморы», — под этим совершенно необязательно понимать, что они именно русские по крови. Поморы — этнографическая группа, которая имеет свою культуру. Она близка к культуре великорусского, украинского и белорусского народов». Можно порассуждать и по поводу «народа», и по поводу «малого». Не в этом суть. А в том, чтобы не мешать людям, живущим на своей земле, своей «малой Родине», как у нас любят восклицать радетели за народ, заниматься всегдашним делом. Тем, чему они привычны. А они сами разберутся, потому как трудолюбивы. С древности привыкли работать только для себя. Не на бояр.

Владимир Анисимов

Фото Сергея Яковлева, в блоге которого можно посмотреть хороший репортаж из Патракеевки с комментариями путешественника
Перейти к комментариям